6 августа 2002
Для достижения единого мнения по проблемам Каспия не следует сидеть сложа руки
6 августа 2002
достижения единого мнения по проблемам Каспия не следует сидеть сложа руки
Переговоры пяти прикаспийских государств по-прежнему проходят с большим трудом. Для каспийской проблемы характерны все особенности исторического конфликта. Между пятью сторонами происходит постоянное соперничество в экономической и геополитической областях. То, что проблемы Каспия перенесены за стол переговоров, имеет позитивные результаты, несмотря на утомительные и вызывающие скуку позиции некоторых сторон. Самое важное достижение заключается в прояснении позиций и в использовании логики при проведении переговоров. Это стало причиной того, что Тегеран возлагает особые надежды на эти переговоры и организует у себя многие заседания и совещания.
Корреспондент газеты "Иран" взял интервью у специального представителя Ирана на переговорах по Каспию Мехди Сафари о результатах последнего совещания по проблемам Каспийского моря в Тегеране.
Если Вы не возражаете, давайте начнем нашу беседу с результатов встречи Алиева и Хатами. После этой встречи переговоры по Каспию продолжались на уровне специалистов и специальных представителей. Какие результаты были получены специалистами в этот период?
В результате встречи президентов Ирана и Азербайджана была заложена основа для продолжения двусторонних переговоров с целью облегчения процесса подготовки конвенции по правовому статусу Каспийского моря и ускорения этого процесса. Конечно, мы проводим двусторонние переговоры с туркменами, русскими и казахами, однако переговоры с Азербайджаном после визита Алиева в Тегеран проходят значительно быстрее.
Г-н Сафари, какие особенности позиций азербайджанцев и других участников переговорного процесса могут стать причиной проявления гибкости со стороны Ирана в ходе переговоров? Кроме того, какими полномочиями для ведения дискуссий наделены специалисты?
Наши позиции не претерпели никаких изменений. Мы лишь стараемся вместе со своими партнерами, в первую очередь с азербайджанцами и туркменами, реализовать на практике эти позиции на уровне специалистов, приведя их в соответствие с техническими возможностями. Полномочия участников переговоров не выходят за рамки тех, которые были определены Высшим советом национальной безопасности. Как я говорил, позиции Ирана не изменились. Был лишь ускорен переговорный процесс. Вся наша аргументация с учетом технической стороны проблемы построена на том, что доля Ирана должна составлять 20%.
Со стороны азербайджанцев звучали намеки на то, что они хотят заключить с Ираном двустороннее соглашение. Какой смысл заложен в их словах? Как сформулировано их предложение?
Мы не собираемся подписывать никаких соглашений. Мы ведем переговоры для того, чтобы нам было легче на пятистороннем совещании выработать конвенцию по правовому статусу Каспийского моря.
Какое решение по поводу дальнейших действий было принято на состоявшемся на прошлой неделе рабочем совещании по проблемам Каспия в Тегеране? Каковы результаты этого совещания?
В Тегеране состоялось первое рабочее совещание на уровне заместителей министров иностранных дел после совещания глав прикаспийских государств в Ашхабаде. До этого на повестке дня заседаний рабочей группы стоял вопрос о содержании заявления глав государств после их совещания. Мы провели четыре таких заседания. Как Вы видели, участники совещания в Ашхабаде не смогли подписать это заявление. На совещании в Тегеране различные министерства и ведомства пяти стран, имеющие отношения к таким проблемам Каспия, как рыболовство, защита окружающей среды и другим, впервые представили на рассмотрение свои доклады.
В двух-трех словам, в чем заключаются наиболее важные достижения рабочего совещания в Тегеране?
Коротко можно указать на три следующих момента: 1. Было подтверждено, что разработка документа о правовом статусе Каспийского моря на основе общего согласия всех сторон будет продолжена на совещании в Баку. 2. Министерства и ведомства прикаспийских государств представили свои доклады по проблемам Каспия. 3. Иран заявил о своей готовности к проведению совещания глав прикаспийских государств в Тегеране. Все это получило отражение в совместном заявлении рабочей группы на уровне заместителей министров иностранных дел.
Было ли представителями сторон на совещании в Тегеране сказано что-то новое по поводу правового статуса Каспийского моря? Например, с какими предложениями по этому поводу выступили русские?
Русские были представлены в Тегеране командой в составе 21 специалиста в таких областях, как защита окружающей среды, судоходство, рыболовство и энергетика. Они подтвердили, что поскольку в зоне Каспийского моря складывается опасная ситуация, правовой статус должен быть определен как можно скорее. Русские подчеркнули также необходимость соблюдения важного принципа об общем согласии всех пяти сторон. Специальный представитель России Калюжный занимал на совещании очень конструктивную позицию. В целом атмосфера на совещании была спокойной и благоприятной.
В связи с проведением переговоров в Тегеране при закрытых дверях сложилось впечатление о том, что между представителями сторон проводится тайная дипломатия и все происходило не так, как было объявлено официально. Каково Ваше мнение по этому поводу?
Все заседания рабочего совещания проходили за закрытыми дверями. Это так. Однако закрытость переговоров не означает, что велась тайная дипломатия. В целом в позициях сторон не произошло никаких изменений.
В связи с военными маневрами России в Каспийском море складывается впечатление, что русские проводят такую политику не с целью обеспечения безопасности, а для того, чтобы повлиять на ход определения правового статуса Каспия. Как Вы оцениваете последствия этих маневров с точки зрения расстановки политических сил и с точки зрения правового статуса Каспийского моря?
Президент Путин назвал цели, ради которых эти маневры проводятся. К числу этих целей относится борьба с терроризмом, с контрабандой наркотиков и осетровой икры, обеспечение безопасности судоходства. Позиции России по вопросу о проведении маневров разъяснены в официальном заявлении на четырех страницах. Азербайджан в первый день маневров направил минный тральщик для участия в них. В Казахстане к северу от Астары проводятся учения по спасению населения в случае предполагаемого кризиса и по предотвращению проникновения на территорию страны террористов при чрезвычайной ситуации. Первоначально прикрытие с воздуха во время этих учений осуществляют два казахских самолета, а позже - вертолеты русских ВВС. Проведению российских маневров оказывают содействие 12 министерств и ведомств. В маневрах на море участвуют около 70 кораблей.
Что означает присутствие на маневрах Ирана в качестве наблюдателя? За какими событиями он наблюдает?
Президент Путин призвал прикаспийские государства либо провести маневры на своих территориях, либо присутствовать на российских маневрах в качестве наблюдателей. Иран согласился принять участие в маневрах в качестве наблюдателя. Наблюдение определяется рамками опубликованного заявления. Разве не так?
Перед этими маневрами поставлены объявленные и необъявленные цели. Возможно, они и не направлены против Ирана. Тем не менее не подорвут ли они чувство доверия у Ирана? Не может ли роль зрителя, которую Иран играет сейчас, создать предпосылки для того, чтобы ему отводилась роль зрителя и при решении остальных проблем Каспия?
Отношения между Ираном и Россией находятся на высоком уровне. Наши двусторонние отношения не ограничиваются только Каспием. Два государства плодотворно сотрудничают в таких областях, как энергетика, строительство электростанций, запуск спутников. Между нами подписано соглашение в военной области. В целом, отношениям между двумя странами можно дать положительную оценку. Конечно, каждая из сторон думает прежде всего о своих национальных интересах, поддерживая такие отношения. Данные военные маневры не направлены против Ирана. Они не вызывают у меня негативных чувств. Мы должны по-прежнему заниматься проблемами Каспийского моря и добиваться приемлемых для нас результатов.
Не оказывают ли военные угрозы США в адрес Ирана влияние на позиции нашей страны в отношении других прикаспийских государств? Не рассматриваются ли эти угрозы другими странами как удобный случай, которым можно воспользоваться в своих интересах в отношениях с Ираном?
Я выполняю свои обязанности и думаю, что все идет как обычно. Американские угрозы никак не влияют на наши переговоры. Можно даже сказать, что в нынешних условиях нам легче, чем прежде, вести переговоры и выполнять свою работу.
И последний вопрос. Вы подтвердили, что пяти прикаспийским государствам необходимо прийти к единому мнению. Для этого требуется определенная гибкость. Все пять стран настаивают на своих позициях. В таких условиях слова о подобной гибкости представляются неопределенными и не совсем ясными. Каким образом будет устранена эта неопределенность?
Для достижения единого мнения мы не можем сидеть сложа руки. Мы должны действовать и продолжать многосторонние переговоры для достижения единого мнения между пятью государствами. На настоящий момент стало ясно, что двусторонние соглашения по правовому статусу Каспийского моря имеют негативные последствия и именно такие последствия лишают эти соглашения действенности. Что же касается двусторонних или многосторонних переговоров, то они, напротив, способствуют достижению конечного результата, который удовлетворил бы каждую из пяти сторон. Мы прилагаем все силы для достижения в конце концов единого мнения прикаспийских государств. В этом деле давление со стороны различных кругов при условии соблюдения национальных интересов страны не создает особых трудностей.
Источник: газета "Иран", 5 августа 2002.
Перевод: Иран.Ру.