8 August 2009
Кредиты в обмен на лояльность : Казахстан. Деловая Неделя.
8 августа 2009
7 августа 2009г. ? 29 (857), Казахстан. Деловая Неделя.
Юрий СИГОВ, Вашингтон
Кредиты в обмен на лояльность
Республики СНГ надеются на получение финансовой помощи от России и США, предлагая со своей стороны им содействие в борьбе друг с другом
Последние выборы на территории двух республик СНГ - Кыргызстана и Молдовы - в очередной раз четко обозначили сложившуюся на постсоветском пространстве ситуацию «партнерского единоборства» между Соединенными Штатами и Россией за стратегическое влияние и главным образом политические дивиденды.
Даже после того, как президенты США и России во время саммита сначала в Москве, а затем на встрече «Большой восьмерки» в Италии вроде бы прилюдно пообещали «поплотнее подружиться», в том, что касается взаимоотношений между Москвой и Вашингтоном на территории республик СНГ, никакого взаимопонимания как не было, так и быть не может.
По-прежнему поочередно то Россия, то Соединенные Штаты то крепко прижимают к себе постсоветских правителей (главным образом с помощью то «длинного рубля», то не менее длинного доллара), то резко начинают «денежным рычагом» воспитывать нерадивых «партнеров», как только те пытаются слишком уж очевидно отклоняться от «дружеской линии» выдающего кредитную помощь «друга-хозяина».
Бишкек дешево не купишь
Состоявшиеся недавно в Кыргызстане президентские выборы еще раз показали: в Центральной Азии вполне эффективным и финансово оправданным остается курс политической многовекторности. А при умелом «разводе» ключевых региональных игроков, стремящихся укрепить здесь свое влияние, именно «срединным» курсом республики Центральной Азии в состоянии добиться немалых выгод и преимуществ, сохраняя с партнерами-соперниками (главным образом Россией и США) вполне дружеские отношения.
И хотя Кыргызстан не имеет у себя важных стратегических природных ресурсов, которыми располагают Казахстан, Туркменистан и Узбекистан, тем не менее и для Москвы, и для Вашингтона республика по-прежнему остается немаловажной по крайней мере на ближайшую перспективу. А соответственно у Бишкека и дальше будет возможность использовать подобный как стратегический, так и «двусторонне-борцовский» интерес на будущее к себе со стороны России и США.
Не секрет, что в Кыргызстане давно уже сложилась крайне тяжелая финансовая ситуация, республике катастрофически не хватает и «живых денег», и инвестиций. А получить их можно у России, США и Китая. Однако китайцев кыргызское руководство откровенно побаивается, опасаясь попасть в «кредитную китайскую кабалу», которая через пару десятков лет может элементарно поставить под вопрос само существование независимого кыргызского государства.
А вот на «российско-американском стратегическом поле» у Бишкека есть шанс и дальше «денежно поиграть в многовекторность». Сохранение на территории Кыргызстана американской авиационной базы «Манас» и достигнутые договоренности о ее дальнейшем функционировании на время проведения афганской операции показали: ни Вашингтон, ни Бишкек не намерены делать в двусторонних отношениях «резких телодвижений» и при новом-старом президент Бакиеве, а так же обваливать по конъюнктурным политическим соображениям все то, что было наработано обоими государствами ранее.
Показательно также, что официальный Вашингтон планирует и дальше не только взаимодействовать с нынешней властью в Бишкеке, но и параллельно держать контакт с представителями оппозиции Кыргызстана. В свое время Соединенные Штаты в качестве главного оппозиционера принимали у себя Бакиева, так что ведение работы и с действующей властью в республике, и с представителями оппозиции будет продолжаться и дальше.
Со своей стороны Россия не намерена уступать Америке и также будет пытаться укрепить свое присутствие в Кыргызстане. Самыми эффективными в этом плане станут механизмы выделения Бишкеку многомиллионных кредитов, а также привлечение российских инвестиций. Помимо того, для «более доходчивой сговорчивости» планирует Россия и размещение на территории республики новых военных баз в районе Баткена и Оша (а под какой «официальной крышей» это будет сделано - ОДКБ, ШОС или как-то еще - непринципиально).
Рассматривая Кыргызстан как зону своего стратегического влияния, Россия и дальше, причем по большей части рефлексивно, будет «отвечать ударом на удар» американцам в республике, как только Бишкек и Вашингтон договорятся о чем-то своем , «двустороннем». Однако подобная тактика российско-кыргызского сотрудничества путем блицвизитов и «неформальных саммитов» вблизи несущих прохладу водоемов свидетельствует об отсутствии в отношениях Москва-Бишкек главного - четкой стратегии развития отношений между ними на перспективу вне зависимости от того, кто к кому и сколько раз в гости для рукопожатий прилетит.
Замечу, что из всех центральноазиатских республик именно положение Кыргызстана в финансовой сфере наиболее уязвимо, о чем прекрасно осведомлены и в Москве, и в Вашингтоне. Но если те же американцы намерены приоритетно сохранить на ближайшую перспективу близ Бишкека свою военно-воздушную базу (для США денежно-меркантильно договориться с Бакиевым по этому вопросу теперь не составляет большого труда), то Россия стремится взять под контроль гидроэнергетику Кыргызстана и разместить свои военные базы для «закрепительного возвращения» в Кыргызстан, а через него - и в целом в Центральную Азию.
Территориально республика расположена в стратегически выгодном положении в Центральной Азии. А если принять во внимание, что операция сил коалиции стран НАТО в Афганистане может затянуться не неопределенный срок, то перспективное значение Кыргызстана и для США, и для России еще больше будет со временем возрастать.
Пока кыргызское руководство весьма успешно разыграло и «манасскую карту» против России, и «ошско-баткенскую» - против США (и в потенциале - Китая). Между тем Бишкек, даже будучи удостоенным и в Вашингтоне, и в Москве жесткой критике за «союзническое предательство» и «меркантильные интересы», сумел на данном этапе сохранить по меньшей мере полуравноудаленные отношения и с Соединенными Штатами, и с Россией.
В итоге сейчас кыргызскому руководству нет смысла делать «новый выбор» в отношениях между Россией и Соединенными Штатами. Ведь не только Бакиев, но и его коллеги-лидеры соседних центральноазиатских республик весьма успешно и прагматично и России когда нужно «союзнически поддакивают», и с американцами «для многовекторного баланса» дружбу водят (особенно в аэропортно-базовом формате). А как долго и успешно сможет усидеть на этих «российско-американских стратегических стульях» то же кыргызское руководство, зависит исключительно от его дальнейшей политической изворотливости и мастерства «прагматического лавирования». Ведь тонко играть на стремлении Москвы и Вашингтона и дальше «держать при себе» Кыргызстан нынешнему президенту республики и его ближайшему окружению есть на будущее не только «долгоиграющий политический резон», но и прямая экономическая выгода.
Кто поможет молдавским коммунистам, и желательно деньгами?
Еще одним «многовекторным» получателем внешних кредитов на территории СНГ давно уже стала Молдова. Поочередно Москва и Вашингтон, а также руководство Евросоюза пытаются как можно ближе подтащить к себе эту республику, политическое будущее которой по-прежнему остается крайне неясным и противоречивым.
На состоявшихся недавно в стране Молдове парламентских выборах победу одержали в оппозиционные партии, которые, имея большинство в несколько законодательных голосов, смогут из своих рядов назначить нового президента страны. Как известно, подобная победа оппозиционеров случилась, как бы со второй попытки после того, как в Молдове вспыхнули беспорядки и несколько месяцев она оставалась фактически без стабильного руководства.
Показательно, что перед самым началом повторных парламентских выборов тогдашний президент Молдовы Воронин отправился в Москву, где ему пообещали за «будущее хорошее поведение» кредит в 500 млн. долларов.
А тут еще подоспела необходимость отремонтировать правительственные здания в Кишиневе, поврежденные в ходе массовых беспорядков сторонниками оппозиции. И вновь деньги на это (около 20 млн. долларов плюс взносы сделали на ремонт еще Евросоюз и Китай) выделила молдавскому руководству именно Россия.
Поскольку Молдова, как и далекий от нее Кыргызстан, не имеет на своей территории никаких природных ресурсов, да и не проложены через нее ни газовые, ни нефтяные трубы, вспоминают в России о Кишиневе тогда, когда начинаются переговоры по одному из самых странных и малопредсказуемых по своему возможному разрешению «замороженному конфликту» - Приднестровью.
Еще в 2001 году, когда Воронин стал президентом Молдовы, он надеялся прежде всего с помощью России разрешить приднестровскую проблему, и добиться возвращения этого региона в состав республики на правах автономии. Однако время шло, никаких прорывов на приднестровском направлении не намечалось, и тогда официальный Кишинев стал все более активно добиваться помощи от Евросоюза и Соединенных Штатов.
Тогда же Молдова предложила формулу переговоров по Приднестровью, в которой Россия, Украина и ОБСЕ получали статус посредников (а всеми этими далеко не простыми нюансами придется с нового года заниматься Казахстану на посту председателя ОБСЕ), а ЕС и США - наблюдателей. В итоге реально влияние на решение приднестровской проблемы получали главным образом западные страны, а вовсе не имеющая тесные связи с Тирасполем и Кишиневом Россия.
Для того чтобы молдавское руководство не забывало, кто «на деревне самый главный», Кишиневу были предложены крупные кредиты, а также немаловажные торговые преференции для выхода молдавских товаров на российский рынок. А вот те же американцы и западноевропейцы решили, что никуда Молдова от «западной ориентации» не денется, а если и давать Кишиневу деньги, то только новым лидерам, относящимся к России, мягко говоря, не самым братским образом.
При этом расчет Москвы был на то, что кредитование теперь уже бывшего президента Воронина позволит держать Молдову на «рублевом поводке», и он может оказаться нынче как минимум недальновидным. Ведь оппозиционные силы, которые и будут теперь управлять страной посредством президентской власти, склонны все же с «большим наклоном» работать с ЕС и США, нежели с Москвой. Не исключен также вариант, при котором свой новый курс правительство Молдовы будет координировать в зависимости от того, как в «денежно-кредитном измерении» поведут себя дальше по отношению к этой республике Соединенные Штаты и Евросоюз, с одной стороны, и Россия - с другой.
Ведь без внешних «кредитных подпорок» экономика Молдовы на данном этапе вряд ли сможет успешно развиваться. А соответственно, Кишинев при новой власти попытается, как и руководство Кыргызстана, поиграть на «денежно-партнерских» размолвках между Россией и США (и поддерживаемой ими Европой), с тем чтобы променять свою политическую лояльность на вполне осязаемые миллионы долларов и евро или миллиарды рублей.
Что из этого «торгово-стратегического взаимодействия» получится, станет ясно очень скоро, как только Молдова попытается пойти на «тесную дружбу» именно с теми странами, которые и по Приднестровью смогут реально, а не декларативно ей подсобить, и кредитными деньгами руководство республики не обидит.